Павел Акимович Овчинников

  С этого времени фирма заняла достойное место среди участников как всероссийских, так и всемирных выставок, всегда вызывая восхищение современников. Многочисленные награды и ордена за прогрессивное усовершенствование золотого и серебряного дела, превосходное устройство и ведение организованной им школы — все это укрепляло ее положение в иерархии российских ювелиров. В отчете о Всероссийской выставке 1882 года, составленном экспертной комиссией, было написано: «…Имя г. Овчинникова известно чуть ли не всей России; известность эта приобретена им самим, его личной энергией, его трудом и дарованием».

  П. А. Овчинников использовал в своих творениях модели известных скульпторов, архитекторов, художников и рисовальщиков В. Боровского, И. Борни- кова, Е. Лансере, А. Обера, Д. Чичагова, И. Монигетти, Г. Гартмана, А. Захарова, С. Комарова, Л. Даля и других.

  В технике литья и чеканки им было создано большое количество изделий на исторические и жанровые сюжеты. В 1867 году на выставке в Париже пресса отметила представленный письменный прибор «как достойный памятник великого дела освобождения крепостных крестьян». Он был украшен скульптурой крестьянина, который, крестясь, начинает сев на собственной земле, и рельефными картинками, изображающими чтение манифеста об освобождении, а также главные события царствования Александра II. За изготовление этого прибора П. А. Овчинников получил серебряную медаль.

  Павел Акимович много экспериментировал с фактурами: так, в 1873 году при посещении Александром II Русской избы Венской выставки участники встречи были удивлены поднесенными традиционными «хлебом-солью» на серебряном блюде. На блюде лежало выполненное из серебра полотенце, создающее иллюзию настоящего, расшитого шелком, и икона Спасителя филигранной работы. Цесаревне подарили выполненную в русском стиле серебряную чашку с блюдцем и узорчатым, покрытым эмалью полотенцем, также выполненным из серебра. На этой же выставке король Италии приобрел серебряную корзинку с наброшенной салфеткой, «исполненной так изящно, что салфетка кажется не из металла, а из полотна».

  Особую славу фирме принесли произведения с эмалями: по скани (филигрань), перегородчатой, расписной, витражной. Эмалевые работы фирмы 1860–1890 годов показывают красоту традиционного русского узорочья. Орнаменты, взятые с рукописных заставок иллюстрированных изданий по древнерусскому искусству, украшали самые разные предметы: оклады евангелий, иконы, складни, литургические наборы, посуду, ларцы, коробочки и др. Такой расцвет эмалевого искусства стал возможен благодаря соединению усилий исследователей русской культуры, художников и таланту самого Павла Акимовича, сумевшего приобщить ученых и художников к золотому и серебряному делу и создать оригинальные произведения на основе национальных традиций.

  На московской выставке 1882 года фирма представила напрестольное Евангелие в серебряной оправе с изображениями евангелистов и пророков, выполненных живописной эмалью по рисункам Л. Даля, изготовленное для храма Христа Спасителя в Москве и считавшееся современниками лучшим в художественном отношении украшением храма. В этом же Евангелии П. А. Овчинников применил перегородчатую эмаль, которая пришла из Византии в Киевскую Русь и была утрачена во времена монголо-татарского нашествия. Возрождение этого художественного приема не только у нас, но и в Европе связано в первую очередь с П. А. Овчинниковым.

  Интерес к фактуре, разработка специальных приемов, столь характерные для искусства рубежа ХIХ–ХХ столетий, которые дали возможность поновому увидеть красоту драгоценного металла и эмали, видны в изделиях, покрытых тонким слоем прозрачного эмалевого лака. Впервые П. А. Овчин- ников показал кувшин, сделанный в этой технике, с «японским травяным рисунком» на выставке 1882 года в Москве.

Ваза. Москва, начало XX века. Серебро, бронза, цветные камни, эмаль по скани. Всероссийский музей декоративно - прикладного и народного искусства.